Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Литература»Содержание №21/2007

Я иду на урок

Я иду на урок: 11-й классИосиф Бродский

Елена ЛОБКОВА


Елена Васильевна ЛОБКОВА — учитель русского языка и литературы, с. Петропавловск Уйского района Челябинской области.

“Времени — о собственной судьбе”

Опыт прочтения старшеклассниками стихотворений Иосифа Бродского

Всё, что творил я, творил не ради славы в эпоху кино и радио,
но ради речи родной, словесности.

                               Иосиф Бродский

22 октября 1987 года Шведская академия объявила имя очередного лауреата Нобелевской премии по литературе. Им стал живущий в то время в США поэт Иосиф Бродский — пятый, вслед за И.А. Буниным (1933), Б.Л. Пастернаком (1958), М.А. Шолоховым (1965), А.И. Солженицыным (1970), в ряду отмеченных этой наградой русских художников слова.

Иосиф Бродский в русской литературе фигура уникальная. Его называют современным классиком. Его долго не хотели печатать на родине, хотя стихи этого поэта расходились в самиздатовских списках, завоёвывая сердца читателей.

Иосиф Александрович Бродский родился и вырос в Ленинграде. Этот город всегда был дорог его сердцу и очень любим.

По странному совпадению семья Бродских жила в одной из комнат коммуналки — бывшей квартиры Д.С. Мережковского и З.Н. Гиппиус: судьба как бы заранее готовила молодого человека к поэтическому поприщу. Однако в детстве и ранней юности не всё в его жизни складывалось гладко.

Ученица. “Нас было трое в этих наших полутора комнатах: отец, мать и я. Семья, обычная семья того времени. Время было послевоенное, и очень немногие могли позволить себе иметь больше чем одного ребёнка. У некоторых не было возможности даже иметь отца — невредимого и присутствующего: большой террор и война поработали повсеместно, в моём городе — особенно. Поэтому следует полагать, что нам повезло. Если учесть к тому же, что мы — евреи”.

Ученик. “Они (родители) всё принимали как данность: систему, собственное бессилие, нищету, своего непутёвого сына. Просто пытались во всём добиваться лучшего: чтоб всегда на столе была еда — и чем бы еда эта ни оказывалась, поделить её на ломтики... мы вечно перебивались от получки до получки, стремясь отложить рубль-другой на детское кино, походы в музей, книги, лакомства. Те посуда, утварь, одежда, бельё, что мы имели, всегда блестели чистотой, были отутюжены, заплатаны, накрахмалены”.

Ученица. “Коммунальная квартира, в которую мы въехали, была очень мала” и давала “приют только четырём семьям. Включая нас, там жило всего одиннадцать человек. Разумеется, мы делили один клозет, одну ванну и одну кухню”. Стираное бельё “висело в двух коридорах, соединявших комнаты с кухней, и каждый из нас назубок знал соседнее исподнее”.

Ученик. “Мой отец был журналистом — говоря точнее, фотокорреспондентом, хотя пописывал и статейки. У него было два диплома: географа, полученный в Ленинградском университете, и журналиста — в Школе Красной журналистики”.

Воевал. Война началась для него в 1940 году в Финляндии, а закончилась в 1948-м в Китае, хотя его прикомандировали к флоту. “Отец носил морскую форму приблизительно ещё два года”. “Здравия желаю, капитан”, — говорил я, ибо таков был его чин.

В 1950 году, когда отцу минуло 47, его уволили в запас. Ему, в сущности, пришлось начинать жизнь заново.

Ученица. Родители “почти не рассказывали мне о детстве, о своих семьях, о родителях или дедах... Эта неразговорчивость, не связанная со склерозом, была вызвана необходимостью скрывать классовое происхождение в ту суровую эпоху, дабы уцелеть. Отец, пускаясь в воспоминания о своих предках, бывал без промедления одёрнут предупредительным выстрелом серых глаз матери. В свою очередь она, не моргнув глазом, оставляла без внимания случайную французскую фразу, расслышанную на улице или оброненную кем-нибудь из моих друзей, хотя однажды я застал её за чтением французского издания моих сочинений. Мы посмотрели друг на друга; потом она молча поставила книгу обратно на полку...”

Ученик. “Передо мной две фотографии родителей, снятые в их молодости, на третьем десятке. Он на палубе: улыбающееся беззаботное лицо на фоне пароходной трубы; она — на подножке вагона, кокетливо машущая рукой в лайковой перчатке...

Ни один ещё не знает о существовании другого; ни один из них тем более не знает обо мне...”

Учитель. Иосиф Бродский пятнадцати лет оставил школу, пытался поступить в военно-морское училище, работал на заводе «Арсенал», в морге (мечтал о профессии врача), в геологоразведочной партии. Он упорно занимался самообразованием: изучал английский и польский языки, знакомился с американской, английской и польской поэзией, религиозной философией и мифологией. Начал писать стихи в конце 50-x. Когда в Ленинграде открылось «Литературное кафе» поэтов, у молодых литераторов появилась возможность вынести свои стихи на суд широкой публики. В 1962 году Бродский впервые читает там своё стихотворение «Холмы».

(У каждого на парте отрывок из стихотворения «Холмы».)

Прочитайте фрагмент этого стихотворения.

Холмы — это наша юность,
гоним её, не узнав.
Холмы — это сотни улиц.
Холмы — это сонм канав.
Холмы — это боль и гордость.
Холмы — это край земли.
Чем выше на них восходишь,
тем больше их видишь вдали.

Холмы — это наши страданья.
Холмы — это наша любовь.
Холмы — это крик, рыданье,
уходят, приходят вновь.
Свет и безмерность боли,
Наша тоска и страх,
наши мечты и горе,
всё это — в их кустах.

Холмы — это вечная слава.
Ставят всегда напоказ
на наши страданья право.
Холмы — это выше нас.
Всегда видны их вершины,
видны средь кромешной тьмы.
Присно, вчера и ныне
по склону движемся мы.
Смерть — это только равнины.
Жизнь — холмы, холмы.

— Каким настроением, по-вашему, проникнуто стихотворение?

Из ответов ребят:

— Чувством отчаяния и безысходности: “боль”, “край земли”, “наши страданья”, “крик, рыданье”.

— А мне кажется, что эти стихи не о грустном. От них идёт сильная внутренняя энергия.

— Большое количество коротких предложений создаёт ощущение бесконечности движения вверх-вниз, при котором сбиваются дыхание, ритм.

Учитель. Сегодня на уроке мы постараемся определить художественные особенности поэзии И.Бродского и записать их в тетради.

— Какие художественно-изобразительные средства использует поэт в отрывке? Какую роль они играют? Что нам подсказывают?

— Бродский использует анафору: “Холмы — это...” Создаётся ощущение необъятности пространства, покрытого холмами. А так как холмы — это юность, улицы, канавы, боль, гордость, страданье, любовь, мечты, горе, то становится ясно, откуда такое ощущение. Холмы — это сама жизнь.

— Правильно, холмы — это жизнь. Эта развёрнутая метафора лежит в основе данного текста.

Из ответов ребят:

— Предложения построены по принципу синтаксического параллелизма, и стих звучит как заклинание.

— Да, мне тоже так показалось, но скорее всего это подчёркивает аллитерация: [Л] — [Р], [Д], [Ш], [М].

— В стихотворении огромное количество контекстуальных антонимов: “боль — гордость”, “выше — больше”, “свет — боль”, “мечты — горе”, “вчера и ныне”, “улиц — канав”, “смерть — жизнь”. Давайте подумаем, почему их так много?

— Потому что жизнь соткана из противоречий.

— Какую поэтическую тему вводит в стихо­творение финальная антитеза: “Смерть — это только равнины. // Жизнь — холмы, холмы”?

— Финальная антитеза заявляет тему смерти. Эта определяющий мотив поэзии романтиков.

Творческое задание (на дом). Прочитайте стихо­творение «Холмы» полностью. Проследите, как заявляется и развивается тема смерти и как создаётся мотив одиночества. В чём же смысл стихотворения?

* * *

Учитель. В начале 1960-х годов Бродский активно занимался литературным трудом: он переводил английскую, испанскую, польскую и сербскохорват­скую поэзию и, конечно, писал собст­венные стихи, которые не печатали. В 1964 году поэта осудили за тунеядство.

(Инсценирование отрывка стенограммы из зала суда.)

Судья. Объясните суду, почему вы... не работали и вели паразитический образ жизни.

Бродский. Я работал... я писал стихи.

Судья. А что вы сделали полезного для Родины?

Бродский. Я писал стихи, это моя работа. Я верю, что то, что я написал, сослужит людям службу.

Судья. Лучше, Бродский, объясните суду, почему вы в перерывах между работами не трудились.

Бродский. Я трудился. Я писал стихи.

Судья. А кто признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам?

Бродский. Никто.

Судья. А вы учились?.. Чтобы быть поэтом?..

Бродский. Я не думал, что это даётся образованием... Я думаю, это... (растерянно) от Бога”.

— Как вы оцениваете поведение И.Бродского на процессе? Как понимает он роль поэта в обществе?

Несмотря на беспочвенность обвинений и достойную защиту, Бродский был осуждён на пять лет принудительных работ “за тунеядство” и выслан из Ленинграда в Архангельскую область, в деревню Корейскую.

Это трудное время. Мы должны пережить, перегнать эти годы,
с каждым новым страданьем забывая былые невзгоды
и встречая, как новость, эти раны и боль поминутно,
беспокойно вступая в туманное новое утро.

Год с лишним поэт прожил в ссылке. Это время в творческом отношении было для него очень плодотворным. Стихи постепенно наполняются более спокойной, размеренной интонацией.

(У каждого на парте отрывок из стихотворения И.Бродского «Одной поэтессе».)

Оставим счёты. Я давно в неволе.
Картофель ем и сплю на сеновале.
Могу прибавить, что теперь на воре
уже не шапка — лысина горит.
Я эпигон и попугай. Не вы ли
жизнь попугая от себя скрывали?
Когда мне вышли от закона “вилы”,
я вашим прорицаньем был согрет.
Служенье Муз чего-то там не терпит.
Зато само обычно так торопит,
что по рукам бежит священный трепет
и несомненна близость Божества.
Один певец приготовляет рапорт.
Другой — рождает приглушённый ропот.
А третий знает, что он сам — лишь рупор,
и он срывает все цветы родства.

Вопросы к анализу отрывка из стихотворения «Одной поэтессе»

1. Какие реалии жизни поэта отображены в отрывке?

2. Какова, по-вашему, роль предметных деталей?

3. Какова интонация послания? Как вы догадались?

4. Обратите внимание на перефразированную цитату из пушкинского стихотворения и классификацию поэтов. К какой категории, по-вашему, относится лирический герой?

5. Есть ли в данном фрагменте строки о природе истинной поэзии?

6. Какова звукопись стиха? Что необычного в переносе слов и рифмовке?

7. Какой эффект достигается использованием этих художественных приёмов?

Благодаря стараниям друзей (А.А. Ахмато­вой, А.Т. Твардовского, К.И. Чуковского, Д.Шо­с­таковича) поэт через полтора года был досрочно освобождён и вернулся в Ленинград. Однако издать сборник стихов ему не дали.

Середина 1960-х годов — расцвет поэзии в нашей стране. Популярность литературных объединений была сравнима разве что с началом века. Однако И.Бродский не причислял себя к “шестидесятникам”. Он всегда был немного в стороне.

Даже слово “мы”, обозначавшее в его стихах собственно человека вообще, постепенно менялось на слово “я”. Поэта не интересовали политика, стройки века, научно-техническая революция.

Примет реального времени в его стихах крайне мало — более того, он нередко создавал иллюзию совсем другого века, другой эпохи, может быть потому, что любовь, смерть, одиночество и тоска — удел всех времён и народов.

Чтение наизусть фрагмента стихотворения «Письма римскому другу».

Посылаю тебе, Постум, эти книги.
    Что в столице? Мягко стелют? Спать не жёстко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Всё интриги?
    Всё интриги, вероятно, да обжорство.
Я сижу в своём саду, горит светильник.
    Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных —
    лишь согласное гуденье насекомых.
...Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
    но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,
    лучше жить в глухой провинции, у моря.

...Приезжай, попьём вина, закусим хлебом.
    Или сливами. Расскажешь мне известья.
Постелю тебе в саду под чистым небом
    и скажу, как называются созвездья.

Анализ отрывка

Стихотворение написано в жанре дружеского послания — письма, об этом говорит само название. Лёгкая непринуждённость в общении (обращение “Постум”); разговорная интонация (“приезжай”, “попьём вина”, “закусим”, “расскажешь”, “постелю”).

Во фрагменте легко сочетаются ирония и исповедальная, проникновенная интонация. Набегающие друг на друга короткие вопросительные предложения заставляют думать нас о том, что лирического героя интересует всё, но его познанию мешает некая отстранённость от суетного мира: “Я сижу в своём саду, горит светильник. // Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых”.

При первом прочтении отрывка не сразу вырисовывается эпоха, так как немного примет времени называет поэт. Но если убрать “экзотические” римские названия, имена, обозначения некоторых предметов, то “прояснится” и время: “мир слабых и сильных”, где “с куриными мозгами хватишь горя”.

Учитель. «Письма римскому другу» — определённый этап в формировании поэтического мировоззрения Бродского. Уединение и одиночество становятся, наряду с мотивом смерти, ведущими в его лирике. Поэзия обретает философичность, созерцательность и прохладную отстранённость от суетного мира. Лирический герой примирён с действительностью, поскольку он сам создаёт свой мир красоты, гармонии; а одиночество и смерть — естественный ход жизни, это нужно просто принять.

Примирение длилось недолго. Через несколько месяцев после написания «Писем...» Бродский решил уехать из СССР под угрозой повторного ареста. 4 июня 1972 года, уезжая в США, Бродский написал Брежневу. (Читает подготовленный ученик.) “Покидая Россию не по собственной воле, о чём Вам, может быть, известно, я решаюсь обратиться к Вам с просьбой, право на которую мне даёт твёрдое сознание того, что всё, что сделано мною за 15 лет литературной работы, служит и ещё послужит только славе русской культуры, ничему другому. Я хочу просить Вас дать возможность сохранить моё существование в литературном процессе. Хотя бы в качестве переводчика... Я принадлежу русскому языку, а что касается государства, то, с моей точки зрения, мерой патриотизма писателя является то, как он пишет на языке народа, среди которого он живёт, а не клятвы с трибуны. Мне горько уезжать из России. Я здесь родился, вырос, жил, и всем, что имею за душой, я обязан ей. Всё плохое, что выпало на мою долю, с лихвой перекрывалось хорошим, и я никогда не чувствовал себя обиженным Отечеством. Не чувствую и сейчас. Ибо, переставая быть гражданином СССР, я не перестаю быть русским поэтом. Я верю, что я вернусь; поэты всегда возвращаются: во плоти или на бумаге...”

Учитель. В эмиграции Бродский много и плодотворно работал. Об этом свидетельствуют изданные поэтические сборники: «В Англии» (1977), «Конец прекрасной эпохи» (1977), «Часть речи» (1977), «Римские элегии» (1982), «Новые стансы к Августе» (1983), «Урания» (1987).

Несмотря на кажущуюся удовлетворённость жизнью (новые стихи и переводы, чтение лекций в американских университетах, профессорская должность), Бродский во многих своих поэтических откровениях говорит о тех сложных и болезненных процессах, которые происходят в его душе, о горькой обиде, о тоске по родине, которая гложет его сердце.

Ученик читает наизусть «Я входил вместо дикого зверя в клетку».

Учитель. В 1990 году И.Бродскому вернули российское гражданство, но он отказался возвращаться на родину. На вопрос: “Кто же в 1987 году получил Нобелевскую премию по литературе?” — он неизменно отвечал: “Русский поэт, англоязычный эссеист и, конечно же, американский гражданин”. Прослушайте отрывок из Нобелевской лекции Бродского.

— Как он понимает роль поэта в обществе и сущность поэзии? Кого называет своими учителями?

“Писатель не может говорить за писателя, особенно поэт за поэта; <…> окажись на этой трибуне, Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Роберт Фрост, Анна Ахматова, Уинстон Оден невольно бы говорили за самих себя и, возможно, испытывали бы некоторую неловкость. Эти тени смущают меня постоянно, смущают они меня и сегодня. В лучшие свои минуты я кажусь себе как бы их суммой — но всегда меньшей, чем любая из них в отдельности.

Если искусство чему-то и учит... то именно частности человеческого существования... Оно вольно или невольно поощряет в человеке именно его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности — превращая его из общественного животного в личность.Надгробие на могиле Иосифа Бродского в Венеции

Независимо от соображений, по которым он (поэт) берётся за перо, и независимо от эффекта, производимого тем, что выходит из-под его пера, на его аудиторию... немедленное последствие этого предприятия — ощущение вступления в прямой контакт с языком, точнее, ощущение немедленного впадения в зависимость от оного, от всего, что на нём уже высказано, написано, осуществлено. Зависимость эта — абсолютная, деспотическая, но она же и раскрепощает. Ибо, будучи всегда старше, чем писатель, язык обладает ещё колоссальной центробежной энергией, сообщаемой ему его временным потенциалом — то есть всем лежащим впереди временем”.

Учитель. В поздней эмигрантской лирике особенно трагично зазвучали темы, характерные и для ранней поэзии И.Бродского, — тема смерти, утраты, тема времени, тема поэзии, искусства. Однако появилась и новая тема — тема пустоты, мнимой реальности, засасывающей человека.

— Как тема пустоты, на ваш взгляд, может быть связана с известными фактами биографии поэта?

Для зрелой поэзии Бродского характерны контрасты, парадоксальные сочетания, многословие. Для русской поэзии стихотворения его необычно длинны. У Бродского стихи порой достигают двухсот и более строк. Поэт признаёт в мире две силы: слово и смерть. Для того чтобы слово жило, необходим безостановочный поток слов. Он и станет преградой смерти. Ярким примером сказанного может служить его стихотворение «Осенний крик ястреба», насчитывающее 120 строк. (Стихотворение читали дома.)

Группа ребят представляет анализ стихотворения «Осенний крик ястреба». (Задание было дано заранее.)

Одинокая гордая птица парит над миром, с высоты её полёта всё, что внизу, кажется ничтожным и суетным. Она ещё не знает, что, достигнув апогея, найдёт свой конец.

В первой строфе поэт даёт описание направления ветра и цветовой гаммы пейзажа. Долина Коннектикута, над которой кружит ястреб, расцвечена от тёмно-серого до ярко-красного и багрового цветов. Автор выбирает эпитеты, образно и наиболее лаконично охватывающие предмет: сизый, лиловый, пунцовый, алый. Они переходят от мрачных к более насыщенным цветам.

Поэт мысленно устремляется вверх, обозревая курицу, совершающую прогулку по двору, обветшалую ферму, суслика. Чуть ввысь — детали пейзажа становятся необычными, возвышенными: серебро, живой клинок реки, “сталь в зазубринах перекатов” (метафора); “схожие с бисером городки новой Англии” (сравнение).

Только в четвёртой строфе мы читаем описание ястреба: сомкнутый клюв, плюсна, прижатая к животу, “когти в кулак”. Удивительное скопление деепричастий (сомкнувши, сверкая, держа) и намеренный пропуск глаголов.

“Дельта”, “распаренная толпа буков”, “пена травы” — о чём это поэт? Гнездо, скорлупа в алую крапинку, запах, тени брата и сестры — тёплые и милые сердцу воспоминания... Вроде бы всё о птице, но остаётся ощущение, что образ ястреба сливается с образом лирического героя.

Ястреб — птица-одиночка, хищник. Не продолжает ли поэт таким образом тему одиночества и изгнания? У ястреба тоже есть “человеческие” черты: сердце, “бьющееся с частотою дрожи”, тепло, движение.

Именно с “но” начинается следующая строфа: “восходящий поток его поднимает вверх и выше”. Ястреб восклицает: “Эк куда меня занесло!” Он ещё не знает, что найдёт свой конец. Он чувствует гордость, но всё-таки смешанную с тревогой. Ястреб пытается лететь вниз, “но упругий слой воздуха его возвращает в небо, в бесцветную ледяную гладь”. “И тогда он кричит”. Возникает образ эриний — древнегреческих богинь мщения. “Мир на миг как бы вздрагивает от пореза”. Эхо крика превращает небо в подобие зеркала, взорвавшегося паутиной трещин — “мелких волн”. Ястреб гибнет... Перья, обледеневшие, становятся похожими на снег, которому радуется американская детвора.

В стихотворении сложный синтаксис, множество придаточных и вставных конструкций. Большое количество анафор, немалое значение поэт уделяет звуковой организации.

Учитель. В поздних стихах строки и строфы у Бродского увеличиваются, он отказывается от традиционных размеров, расшатывает ритм, слова и строки переносятся в соседнюю строку или строфу. Его метафоры и сравнения несколько рассудочны, продуманны.

Это была попытка создать новую поэзию, передать непрерывный процесс развития жизни и мировой культуры, преодолеть одиночество, трагизм жизни и ужас смерти.

Льёт в Риме дождь, как бы твердящий: “Верь,
Ни в яме не исчезнешь ты, ни в шуме
Родных осин” — но умирает зверь,
Звезда, волна. И даже Бродский умер.

        (Б.Кенжеев. «Льёт в Риме дождь...»)

Итак, вы познакомились с основными вехами жизни и только чуть прикоснулись к творчеству лауреата Нобелевской премии И.А. Бродского. Новаторство поэта в области поэтического словоупотребления, художественных приёмов, самой мелодики стиха привело к созданию “эффекта непрерывности культуры”, переосмыслению её традиций. Мир поэзии И.Бродского необычайно прост и необычайно сложен, пронзителен и трагичен — как сама жизнь в её непрерывном развитии.

Читаем записи в тетрадях “Художественные особенности лирики И.Бродского”, сделанные во время уроков.

Творческое задание на выбор (на дом):

1. Предложите свою интерпретацию любого стихотворения И.А. Бродского.

2. Подберите материалы для создания сайта об И.А. Бродском.

Литература

Бродский И. Избранные стихотворения. М.: Панорама, 1994.

Бродский И. Письма римскому другу. Л.: Экслибрис, 1991.

Бродский И. Полторы комнаты / Пер. Д.Чекалина // Новый мир. 1995. № 2.

Гордин Я. Дело Бродского: история одной расправы // Нева. 1989. № 2.

Ерофеев В.В. В лабиринте проклятых вопросов. М.: Советский писатель, 1990.

Журнал «Юность». 1989. № 2.

Лонсбери Э. Иосиф Бродский как американский поэт-лауреат // Новое литературное обозрение. 2002. № 56.

Рейтинг@Mail.ru